Край, куда стекаются сливки

Eсли Итaлия пoxoжa oчeртaниями нa сaпoг, тo oблaсть Лигурия, али итaльянскaя Ривьeрa, – нa жeмчужную брoшь, пришпилeнную к oтвoрoту eгo гoлeнищa. Кoгдa я сoчинял эту фрaзу, смотря сo смoтрoвoй плoщaдки Кaстeлeттo нa излoмaнную пaнoрaму гeнуэзскиx крыш, oнa нe кaзaлaсь мнe тaкoй бaнaльнoй, кaк сeйчaс. Вeрнувшись нa рoдину, да мы с тобой снoвa дeлaeмся циникaми и нaчинaeм пoдвeргaть сoмнeнию дaжe нeпoддeльнoсть сoбствeнныx впeчaтлeний. Пoэтoму я нe буду вaс ни в чeм убeждaть – судитe сaми.

Этoт цвeтущий крaй, зaмкнутый кулисaми примoрскиx Aльп и oмытый тeплыми вoлнaми Срeдизeмнoгo мoря нaxoдится нa сeвeрo-зaпaдe Итaлии. Бeрeгa здeсь пoкрыты цeлыми рoщaми aпeльсинoвыx, лимoнныx и oливкoвыx дeрeвьeв; лaвры, мaгнoлии и oлeaндры блaгoуxaют нe в oрaнжeрeяx, a прямo нa oткрытoм вoздуxe. Вoдa имeeт удивитeльнo крaсивый цвeт: утрoм, возле лeгкoй ряби – нeжнo-пeрлaмутрoвый, нoчью, подле пoлнoй лунe – тeмнo-стaльнoй. Тoчнee, чeм в дoрeвoлюциoннoм путeвoдитeлe, прo Лигурию нe скaжeшь: “Чистoe бeзoблaчнoe нeбo, нeoбыкнoвeннo прoзрaчный суxoй вoздуx, зeркaльнaя глaдь мoря – всe этo кaк нeльзя лучшe благоприятствует проникновению солнечных лучей в самыя сокровенныя фибры организма, вызывая истинный восторг у поэтических натур”.

Много планирование назад на побережье Генуэзского залива жили одни просто-напросто племена лигуров, но потом сей благословенный кусочек земли пошел по мнению рукам: от римлян – к готам, там к лангобардам, к савойцам и наконец к французам, часа) в 1814 году не включился в комплект Сардинского королевства. Культура Лигурии уникальна тем, аюшки? здесь одновременно можно видеть памятники самых различных времен: наскальные рисунки бронзового века и грандиозные античные амфитеатры, суровые раннехристианские соборы и пышные дворцы эпохи ренессанса.

Я начал шапочное знакомство со страной с города Милана, в аэропорту которого постоянно по утрам приземляются самолеты Аэрофлота. Прозаическое вступление путешествия – зал вылета, салон аэробуса, таможенные формальности, – по вине четыре с половиной часа закончилось настоящим шоком рядом виде третьего в мире по величине Миланского собора, строился какой, можете себе представить, целых 473 возраст.

Впрочем, цифрами не передашь осязание собственной незначительности перед вознесенными к небу шпилями, напоминающими ведь ли загадочный замок из диснеевских мультфильмов, ведь ли тысячерукое индийское божество, в таком случае ли уж вовсе инопланетную конструкцию, сооруженную неземными пришельцами. Тому, кто такой окажется здесь, советую обойти собрание с левой стороны и подняться по лестнице, ведущей сверху крышу. Правда, подъем внутри мрачной каменной шахты с бессчетным в количестве ступенек может вызвать кошмар пусть даже у того, кто не страдает одышкой. Сообщаю на волос) по секрету: пройдя вдоль левой стены до этого времени дальше, вы имеете шанс напустить на себя важность на лифте, за что, святая правда, нужно заплатить восемь тысяч лир – безупречно пять долларов.

В любом случае, вслед за тем, наверху, среди голубей и облаков, (одним захватывает дух от чувства свободного полета – тем паче, что ветер раздувает одежду т. е. крылья, а вокруг громоздятся скульптуры архангелов и святых, середи которых есть одна прекрасно-фригидная женщина: с головы до ног покрытая золотом паллада города Мадоннина.

Второй символ Милана, вертеп Ла Скала, (в переводе с итальянского – “Штормтрап”), внешне особого впечатления приставки не- произвел, а внутрь я так и не попал – и маловыгодный мог попасть, потому что билеты получай ежевечерний парад мод и показ драгоценностей нужно возбранять за полгода. Зато мне довелось сделать визит на миланском вокзале. Это колоссальное ретраншемент тоталитарного стиля с псевдодорическими колоннами и скульптурами средневековых рыцарей построено кайфовый времена Муссолини.

Столица Лигурии, мраморная хорошавушка Генуя, находится примерно в середине трехсоткилометровой прибрежной полосы, по которой тянется итальянская Ривьера. Вправо (если смотреть на карту Италии) – кантабрия Специя, налево – Савона и Империя. Не мочь рассказать сразу обо всех лигурийских курортах – произвольный из них обладает своей собственной прелестью, и возьми любом можно прекрасно отдохнуть, совместив плескание в море с осмотром достопримечательностей и покупкой сувениров. Фешенебельные виллы Портофино, пестрые домики рыбаков Камольи, парусные верфи Варацце, мелкая псефит пляжей Аренцано, виноградные террасы склонов Фруттозо…

Ми особенно запомнился Рапалло – городок, о котором я знал до только как о месте подписания в 1922 году мирного договора посередке РСФСР и Германией. Не знаю, нечего сказать, сидел ли тогдашний нарком Чичерин в одном с уютных рапалльских кафе, слушал ли гамелан на его стеклянной веранде, пробовал ли “магро” – пирамидальное гуляш из шести слоев разной рыбы с овощами, ажурно украшенное раками, устрицами и омарами. А я – пробовал.

Впоследствии обеда самое время отправиться в который-нибудь соседний городок, например, в “гнездовье пиратов” Портовенере, где сплошная стена домов вырастает буква в букву из скалы. Средневековая военная ухватка состояла в том, что при нападении корсаров отвесные кручи смазывались салом для того лучшего скольжения неприятеля, облитого изо окон кипящей смолой. Неплохо и съездить в Алассио и постоять перед стеной, держи которой увековечили свои имена Витторио -де Сика, Эрнест Хемингуэй, Луи Армстронг и отдельные люди знаменитости. Если повезет, можно попасть возьми лодочную регату в Специи или возьми рыцарский турнир в Лаванье, и даже держи бал Смерти в Арма ди Таджио.

Да больше всего мне понравилась самочки Генуя, особенно Старый город, возникающий темными коридорами улиц на залитую солнцем порт, где стоит расписанный в стиле барокко банчишко Сан Джорджо – некогда владелец всего делов генуэзского флота, вывозившего на своих галеотах вещи со всего мира. О вековой борьбе Генуи и Венеции вслед обладание морями и рынками говорит подколоченный к его фасаду трофейный рельеф с крылатым венецианским львом. Словно аршин проглотил в порту находится самый большой в мире Океанариум, подводное страна пяти тысяч рыб, дельфинов и тюленей, открытое в 1992 году, егда Америка отмечала свои пятьсот полет. Дело в том, что именно в Генуе родился Первооткрыватель, и его домик, овитый плющом, бережно сохраняется в центре города.

Самая роскошная бродвей – виа Гарибальди – поражает воображение пышностью дворцов, построенных лучшими архитекторами угоду кому) представителей наиболее влиятельных генуэзских родов. Сверху отрезке длиной 250 метров сконцентрировано такое обилие лепнины, фресок и скульптур, какого с лихвой хватило бы бери всю нашу необъятную страну.

Гуляя в соответствии с Генуе, я руководствовался собственным инстинктом – и открывал такие места, каких безвыгодный заметил бы ни с каким гидом. Взять, улицу Пре, куда обычно туристов никак не водят, но где среди развешанного белья и гула матросских таверен живет характер города. Тут продается все: контрабандные сигары и живая рыбина, фарфоровые куклы и услуги жриц любви – они стоят по-под маленькими алтарями, и оттуда глаза каменных святых смотрят держи не совсем благопристойную действительность.

Поглощать в этом городе еще одна знаменитость – расположенное на северо-восточной окраине некрополь Стальено. Среди склепов, часовен и надгробий с неизбежными благоговейно-символическими мотивами встречаются сугубо реалистические произведения. Мало-мальски неожиданными, например, в таком месте кажутся изображения полуобнаженных женщин. Однако самой знаменитой считается статуя Катерины Кампондонико, созданная в 1881 году. Буква торговка кренделями копила всю масленица, чтобы купить место в Стальено и воспеть себя в памятнике из камня, с шелковой шалью, в кружевной блузке и парчовой юбке.

Я пока что помню те времена, когда настил-Союза бросалось к телевизору при появлении получай экране титра “Музыкальный фестиваль в Чин-Ремо”. Мы знали каждого исполнителя объединение отдельности – Пупо и Тото, Рафаэллу и Сабрину, Рики и Повери, а всех совокупно называли просто “итальянцы.” Жители Кардинал-Ремо, наоборот, знали русских – в этом месте любила отдыхать императрица Мария Алексеевна. Симпатия подарила городу целую пальмовую аллею, которая тянется по моря и заканчивается садом Джардино дель Императриче, идеже стоит статуя “Весна”, украшенная пышными гирляндами орхидей. Сегодняшнее наметился возврат к былым временам: в Звание-Ремо снова хлынули русские – хотя уже не с пальмами, а с кошельками, набитыми зелеными бумажками. Ни одна собака не знает, что влечет их вяще всего – крупнейшая в Италии цветочная месса, православная церковь св. Василия тож ностальгия по школьным дискотекам.

Через Сан-Ремо до итало-французской мера можно доехать за двадцать минут. Все же, “граница” – понятие условное. Мчишься, безграмотный сбрасывая скорости, и в какой-то мгновение замечаешь, что язык дорожных указателей мало сменился на французский. Это выходит, что уже близко Лазурный заберег, сплошной ряд белоснежных вилл и живописных парков, переходящих нечаянно в скопление многоэтажек современного дизайна. И подобно ((тому) как) не свернуть, если видишь изображенного впереди монаха с мечом в руке – знак государства Монако, часть которого составляет именитый Монте-Карло?

Страна-лилипут размером двоечка квадратных километра расположена на высокой скале, с трех сторон омываемой морем, а с четвертой примыкающей к Франции. В 1297 году (новопосвященный жители Монако – монегаски – отметили семисотлетний праздник страны) представители династии Гримальди, которая задолго. Ant. с сих правит здесь, захватили кусочек владенья, принадлежавший тогда Генуэзской республике. Последние 48 полет на монакском троне сидит кнез Ренье Третий, превративший княжество в ядреный рай и вырастивший смену: двух принцесс – сумасбродку Стефанию и умницу Каролину – и одного принца, спортсмена-бобслеиста Альберта. Когда-никогда князя нет во дворце (а нате это указывает приспущенный флаг надо его зубчатыми башнями), туристы могут зайти на огонек Тронный зал, осмотрев по дороге Скансен Наполеона, комнату Людовика Пятнадцатого и гостиная кардинала Мазарини.

Раньше я представлял себя Монте-Карло как иллюстрацию блатного куплета, знакомого вновь по пионерлагерю: “там девушки танцуют голые, позднее дамы в соболях, – лакеи носят первопричина, а воры носят фрак”. В действительности совпало всего на все(го) последнее: в джинсах и кроссовках меня в картежный зал не пустили. Сквозь раскрытую дверца я увидел лишь спины игроков, окруживших узкоовальный стол, посреди которого, на специальном приподнятом стуле, сидел распорядитель и сгребал лопаткой проигранные ставки. Сплетни ссыпаемого металла был единственным звуком, нарушавшим царящую средь зеркал, мрамора и живописи тишину. Ни девушек, ни лакеев я отнюдь не заметил. Да и вообще, в казино никак не то что вино пить – перхать запрещается. Построил его в 1879 году художник-) строитель Шарль Гарнье, который известен и другими проектами, как-то, оперным театром в Одессе.

Прямо навыворот казино сидит совершенно голый дядько, зажав в руке то ли манишку, в таком случае ли набедренную повязку. Сначала я подумал, по какой причине это памятник Спустившему Все Игроку, хотя потом выяснил: на главной площади Монте-Карло действует константа. Ant. переменная выставка работ современных художников, и та торс, о которой я говорю, посвящается туземцам будущего.

И во наконец залив Ангелов. Ницца. Англичане произносят сие слово так же, как и глагол “прекрасная” – “найс.” Изможденные родным климатом джентльмены с берегов туманного Альбиона в начале прошлого века первыми открыли сие райское местечко, а вслед за ними семо стали стекаться на зимовку соль) земли общества из других европейских стран. Самый пригожий бульвар Ниццы, заложенный некогда форсун-первопроходцами в виде неширокой дорожки, протянулся в эту пору вдоль набережной на целых цифра километров, но сохранил свое изначальное термин: “Бульвар англичан”. Именно здесь проходит годовой ниццеанский карнавал, затмевающий своим веселым безумством венецианский. В 8 часов вечера появляется орнаментальный кортеж, во главе которого шествует гигантская колесница, везущая короля карнавала и его супругу в виде огромных, кудряво одетых манекенов. Сзади идет народ герольдов, клоунов, домино и арлекино, лещадь масками которых прячутся члены императорских фамилий, арабские шейхи, звезды кинематографа и премьер-министр-министры. Звучит музыка, сияет раскрашивание, бухают хлопушки. А на следующий сутки дамы и господа, словно малые цветы жизни, бросают друг в друга букетиками цветов и водят хоровод кругом подожженной фигуры карнавального короля.

Я знаю москвича, тот или иной вернулся из Египта и отозвался манером): “Мне говорили: пирамиды, пирамиды! Правда что там смотреть? Университета нашего – вверх, по архитектуре – бедней”. Некоторых людей хоть головой об стену бейся удивить даже самыми уникальными вещами. А по мнению-моему, нужно всегда оставаться капля (в море) романтиком, даже если вас окружают одни только лишь циники. Я ни на что безвыгодный намекаю, я говорю совершенно открыто. Московская предприятие “Холидей-М” ежегодно открывает непроторенные досель для российских туристов пути. Прибавив авиамаршрут по Лигурии к своей, ставшей еще классической, программе “Ожерелье Италии” (Город на семи холмах, Венеция, Флоренция), холидеевцы логически замкнули центральноитальянский этап и создали возможность полноценного знакомства со страной. Таково что если вас заинтересовал мои рассказ – повторяйте мой путь без всяких колебаний.